Казаки Белгородчины
Вы хотите отреагировать на этот пост ? Создайте аккаунт всего в несколько кликов или войдите на форум.

Сергей Донцов "Казачество в постсоветской России. Власть и казаки"

Перейти вниз

Сергей Донцов "Казачество в постсоветской России. Власть и казаки" Empty Сергей Донцов "Казачество в постсоветской России. Власть и казаки"

Сообщение  Григорий Мелехов Вс Янв 06, 2013 6:38 pm

Вероятно, историю взаимоотношений власти и казачества с XVI в. до наших дней пересказывать не надо: желающий прочитает об этом в доступных трудах Н. Костомарова, С. Соловьева, А. Деникина, П. Краснова и др. Достаточно освещен и советский период вплоть до конца 80-х - начала 90-х годов. После принятия в 1991 г. закона РСФСР "О реабилитации репрессированных народов", а затем не менее известных постановления Верховного совета Российской Федерации 1991 г. "О порядке введения в действие Закона РСФСР "О реабилитации репрессированных народов"", указа президента Российской Федерации 1992 г. "О мерах по реализации Закона Российской Федерации "О реабилитации репрессированных народов" в отношении казачества" (1) казаки получили возможность выйти за рамки ансамблей песни и пляски. Справедливости ради надо заметить, что власть в лице КПСС проявила живейший интерес к "возрождению" казачества еще в конце 80-х годов: были определены формы деятельности, расставлены люди, которые и по сей день играют значительную роль в руководстве массовыми общественными организациями казаков. Кстати, некоторые из этих людей и руководимые ими организации, имея одну цель - возглавлять казачье движение, сами того не желая, вызвали пробуждение исторического самосознания у массы людей, относящих себя к "потомкам казаков" (нелюбимое понятие среди казачества). Власти открыли широкую дорогу к объединению казаков, правда, в рамках исторически для них нехарактерных общественных объединений.

Оговорюсь: не буду подробно касаться качественного состава членов казачьих общественных объединений (хотя кое о ком придется сказать), куда без всяких традиционных испытательных сроков "верстались" все, кто хотел. Это привело к внедрению в казачьи объединения массы людей как случайных, так и отнюдь не случайных (представителей криминалитета, порой весьма высокого уровня - есть даже так называемые региональщики), которые за один-два года вытеснили из руководства объединениями многих лидеров с искренними и чистыми намерениями, перевели работу в колею демагогии или превратившие объединения в некое подобие "малины". Достаточно вспомнить смещение с поста Донского атамана М. Шолохова только за то, что он сын "красного писателя и сам коммунист". М. Шолохов, с которым мне посчастливилось вместе преподавать в Академии МВД СССР, всегда поражал окружающих скромностью, порядочностью, искренним радением за судьбу России и казачества. Постепенно настырные "потомки деда Щукаря" почти повсеместно вытеснили казачью интеллигенцию и вообще всех, кто не мог криком или кулаком ответить на нелепые обвинения и оскорбления в свой адрес.

Реакция власти на формирование правовой базы объединения казаков была неоднозначна. Многим в органах представительной власти и силовых структурах процесс объединения казаков был неугоден в основном по двум соображениям: политическому и чисто ведомственному. Ортодоксы демократии по западному варианту видели в казачьих структурах массу патриотически настроенных людей, склонных к сильной государственной власти в едином и неделимом государстве (а там, глядишь,державность, монархия или просто "твердая рука", а это тоталитаризм). В КГБ СССР - ФСК России преобладало чисто ведомственное восприятие "казачьего" вопроса.

Можно понять силовые структуры в их антипатии к ряду проявлений возрождения казачества: иные казаки, осуществляя по своему усмотрению "реабилитацию" казачества, устремились требовать, используя шум и стояние у ворот властей предержащих, "своих" бюджетных денег, возврата "своих" зданий и другого имущества (например, в Ростовской области в 1992 г.). Другой пример - инцидент в Волгодонске в 1992 г., когда многотысячная толпа освобождала из-под вполне обоснованного ареста за незаконное хранение оружия своего атамана. В некоторых поступках смешались и лучшие устремления - спасение русского населения в Приднестровье, поддержка борющихся за право существовать православных сербов, и худшие проявления - участие в грузино-абхазском конфликте на стороне сепаратистов вместе с конфедератами горских народов.

Впрочем, по-моему, в действиях против властей и целых народов (Грузия) виноваты были не столько сами казаки, сколько власть. Поддержав возрождение казачества двумя первыми указами президента в 1992-1993 гг., власть бросила движение на произвол судьбы. Неспроста в свое время П. Краснов подчеркивал один из вариантов поведения власти по отношению к казакам - "бережно восстанавливать". Частным следствием современного подхода власти к казачеству стало массовое появление во главе крупных по составу, весьма крикливых по названиям и чрезвычайно активных объединений батьков-атаманов, в прежней доатаманской жизни не поднимавшихся выше званий младшего лейтенанта милиции (Союз казачьих войск России и зарубежья) или прапорщика конвойного полка внутренних войск МВД (Всевеликое войско Донское), порой с судимостями (Союз казачьих формирований, Всевеликое братство казачьих войск, Курганское казачье землячество Сибирского войска Союза казаков). Общим следствием всего этого стала почти полная неуправляемость развитием движения казачьих объединений.

Так вкратце выглядел путь, по которому власть подошла к констатации того, что казачество в его общественной ипостаси практически полностью бесполезно. Оставался последний аргумент - не все варианты использования потенциала казачества опробованы, есть еще один, испытанный веками, - предложить казакам в соответствующих современному состоянию общества формах нести государственную и иную службу, т. е. взять на себя обязанности, порождающие и определенные права. Атаман наиболее крупной в 1990-1995 гг. казачьей общественной организации "Союз казаков" А. Мартынов и его соратники потратили много сил, чтобы настроить власти не ставить крест на казачестве, а найти пути управления процессом его становления. Не хотелось бы обидеть и другие общественные объединения - их здоровая активность не давала властям забывать о существовании возрождающегося казачества. Впоследствии президент Российской Федерации подписал указы, создававшие хотя и не властные, но все-таки единые координирующие органы управления процессом возрождения казачества (в 1994 г. - "О Совете по делам казачества при Президенте Российской Федерации", а в 1996 г. - "О Главном управлении казачьих войск при Президенте Российской Федерации" (2), и ряд указов, направленных на переход казачества к несению государственной и иной службы (3).

К этому надо добавить, что в администрации президента понимали и понимают, что для успешного государственного становления казачества недостаточно указов, нужен федеральный закон, а также внесение изменений в ряд действующих федеральных законов, регулирующих государственную службу. Проект такого закона ("О российском казачестве") вместе с предложениями об изменении и дополнении иных законов был внесен президентом в Государственную думу 11 июня 1996 г. (о его судьбе речь пойдет ниже).

Многое еще надо сделать - это понимают и власти, и казаки. Однако не из лагеря московских "демагогов от казачества", а от много лет работающих с казаками атаманов Юга России слышатся голоса: если власть до такого-то срока не вооружит казачество, не решит проблему территориальной реабилитации казачества и т. д., будем думать о смене власти. Сами требования я оценю ниже, а здесь уместно задать этим атаманам вопрос: на кого менять будем? Что конструктивное и принципиально отличное от планов официальных властей предлагает казачеству так называемая оппозиция?
Григорий Мелехов
Григорий Мелехов
Администратор

Сообщения : 5641
Репутация : 1
Дата регистрации : 2013-01-06

http://kazaki-belogorja.forumgrad.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Сергей Донцов "Казачество в постсоветской России. Власть и казаки" Empty Re: Сергей Донцов "Казачество в постсоветской России. Власть и казаки"

Сообщение  Григорий Мелехов Сб Янв 19, 2013 6:17 pm

Оппозиция и казаки


Людей и группировок, относящих себя к оппозиции, не счесть. Поэтому выделю лишь ту часть, которая имела или имеет влияние на процессы, происходящие в России, и в том числе претендует на внимание казачества.

Либеральные демократы участвуют в работе с казачеством либо эпизодически, во время выборов различного уровня, либо на относительно постоянной основе в Государственной думе. Однако несколько неожиданной явилась подготовка группой депутатов ЛДПР во главе с В. Жириновским проекта федерального закона "О вооружении казачьих формирований самообороны" - не в обиду авторам будет сказано, весьма политизированного и с правовой точки зрения неприемлемого. Проявила интерес к казачеству фракция КПРФ, что требует отдельного рассмотрения, но прежде несколько слов об отношении к проблеме казачества бывшего независимого депутата Госдумы, а ныне губернатора Красноярского края А. Лебедя.

Поддержка казаками А. Лебедя проявилась еще во время выборов в Госдуму, когда подавляющее большинство казаков общественных объединений Ставропольского края, Дона и особенно Кубани проголосовали за Конгресс русских общин, в списках которого был А. Лебедь. Да и на президентских выборах многие казаки отдали ему свои голоса.

Когда А. Лебедь стал секретарем Совета безопасности, потянулись к нему на прием атаманы - и не только те, кому нужно было обозначить себя перед телекамерами рядом с ним и этим повысить свой имидж, но и те, кто возлагал на этого политического лидера надежды, связанные с защитой интересов казачества на Северном Кавказе. Главное управление казачьих войск подготовило по его просьбе обширную справку о проблемах казачества в контексте событий на Северном Кавказе. Однако она осталась без реакции - лишь за два дня до отставки А. Лебедь, уже подписавший к тому времени Хасавюртовский протокол, направил в Наурский и Шелковский районы Чечни рабочую группу для изучения положения русского населения и казаков.

Впоследствии А. Лебедь, которого в прессе нередко называют казаком (что маловероятно, так как в Новочеркасске, откуда он родом, издавна основную массу населения составляли не казаки, да и сам он никогда себя к казакам публично не причислял), стал нередким гостем на Дону. Трудно предсказать общую реакцию казачества Дона на его позицию (кстати, четко не обнародованную) по проблемам, стоящим перед казачеством. Можно лишь с большой вероятностью с учетом последствий исполнения Хасавюртовского протокола для русского населения Чечни, а также крайне негативной оценки его действий в Чечне, данной на совещании атаманов Юга России в Пятигорске 15 декабря 1996 г., предположить, что вновь завоевать расположение к себе казаков А. Лебедю будет весьма трудно, а на территории расположения Терского казачьего войска в обозримом будущем - невозможно.

КПРФ и одноименная фракция в Госдуме проявили свой интерес к казачеству наиболее явно в связи с президентскими выборами. До этого работа коммунистов велась через созданную в 1990 г. организацию "Союз казаков".

В конце мая 1996 г. руководство КПРФ предложило Совету по делам казачества при президенте России помощь в решении вопросов возрождения казачества, в том числе была обещана поддержка в принятии Госдумой разрабатывавшегося рабочей группой администрации президента (в нее входили представители профильных федеральных органов исполнительной власти, атаманы общественных объединений, ученые и т. д.) проекта федерального закона "О российском казачестве". Однако вместо этого к моменту внесения президентского проекта закона в Госдуму (11 июня 1996 г.) представителями фракции КПРФ (Л. Иванченко), "Наш дом - Россия" (А. Мартынов) и др. был подготовлен другой законопроект - "О казачестве". Президенту же было направлено из Госдумы письмо с предложением рассмотреть думский вариант, от чего он, естественно, отказался, указав в своем ответе, что Дума пытается навязать ему неприемлемый вариант законодательного решения государственных вопросов (4).

В дальнейшем президентский проект закона не был разослан заинтересованным государственным органам, не рассматривался депутатами и был отклонен Думой.

Совершенно очевидно: закон о казачестве стал картой уже не в юридической, а в политической "игре". Когда люди, относящие себя к казакам, на собраниях кричат "Любо!" проекту закона "О казачестве", можно предположить одно из двух: либо им все равно, что там написано (так чаще всего и бывает), либо они вовсе его не читали.

Между тем в этом проекте были положения, которые могли бы заинтересовать неравнодушных казаков. Коснусь лишь нескольких, понятных всем не посвященным в правовую казуистику. Так, согласно проекту, все структурные звенья организаций казаков принудительно входят в одно "Общероссийское казачье объединение" и несут через него же "государственную казачью службу" (сводимую в данном проекте к службе в армии, погранвойсках и милиции), что является нарушением Конституции (ст. 30, 37), а также казачьих исторических традиций. Далее, это объединение должен возглавить избранный верховный атаман, номинально утверждаемый президентом России (государство в государстве).
Знала история казачества атаманов наказных, выборных (от хутора до войска), но Верховного не было (номинально атаманом всех казачьих войск с ХIХ в. считался наследник императорского престола). Донские казаки прислали на имя президента своеобразное заключение, названное "приговором" по проекту закона "О казачестве", в котором сформулирована суть проекта: "по существу, вместо казачества можно поставить любое другое слово, и мы получим российскую партийную организацию".

В других документах, исходивших из фракции КПРФ и адресованных казачеству, содержалось то, что уже было сделано нынешней властью. Так, в предвыборном обращении к казачеству Г. Зюганов обещал восстановить казачьи учебные заведения, школы, кадетские корпуса (их сейчас в стране 5 действующих и более 20 зарегистрированных), обеспечить казачью службу по охране государственной границы России, что уже успешно реализуется на практике. На основании указов президента и директив директора ФПС осуществляется невойсковая охрана границы с привлечением казаков (5). Из шести пунктов зюгановского плана поддержки казачества плохо выполнен нынешней властью только один - открыть казачьи рынки в крупных городах. Казаки сами на рынках последние 200 лет не торговали, но сейчас, особенно на Юге России, через коммерческие структуры работают на всех рынках Ростова-на-Дону, Новочеркасска, Ставрополя, Краснодара.

Думская фракция "Яблока" просто проголосовала 20 февраля 1997 г. против проекта закона "О казачестве", указав в частности, что из проекта не видно, чем "государственная казачья служба" отличается от просто государственной службы и почему в связи с названием "казачья служба" у несущих ее появляются льготы. Это действительно серьезная проблема, которую не удалось в полной мере решить и в президентском проекте закона "О российском казачестве". При этом некоторые лидеры казачества продолжают настаивать на своих правах, отличных от прав иных граждан России, вне обязанностей (которых нет у других граждан России).
Григорий Мелехов
Григорий Мелехов
Администратор

Сообщения : 5641
Репутация : 1
Дата регистрации : 2013-01-06

http://kazaki-belogorja.forumgrad.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Сергей Донцов "Казачество в постсоветской России. Власть и казаки" Empty Re: Сергей Донцов "Казачество в постсоветской России. Власть и казаки"

Сообщение  Григорий Мелехов Сб Янв 19, 2013 6:18 pm

Казакующие демагоги


В начале 90-х годов некоторые казачьи лидеры стремились свести вопрос о возрождении казачества к простому требованию признать казаков "народом" со всеми вытекающими отсюда последствиями: территорией, органами власти, силовыми структурами, самоуправлением, особым статусом и т. д. Все это было у казачества до 1917 г. Власти из века в век что-то изменяли, например, в XVIII в. была введена система наказных (назначаемых центральной властью) атаманов, а что-то - систему общинного землепользования - даже такой смелый реформатор, как П. Столыпин, не счел возможным трогать.

Идеология казачьей самостийности, необходимости противостоять "москалям" или "кацапам" не нова. Ее истоки можно найти в казачьей вольнице ХVII-ХVIII вв. Реальной же моделью для современной гипертрофии этнического фактора в казачестве служат теоретические построения некоторых идеологов дореволюционных Донского и прежде всего Кубанского казачьих войск. В начале ХХ в. в условиях ускоренного проникновения буржуазных отношений в области Юга России, массового наплыва неказачьего элемента в казачьи города и станицы идеология самостийности была своеобразным ответом на попытки ослабления казачества на освоенных им землях.

В 1918-1920 гг. эти идеи стали обоснованием попытки создания по сути независимых от Москвы казачьих государственных образований.
Однако нынешняя ситуация коренным образом отличается от положения дел, сложившегося в те годы. Угрозы "потери казаками власти" сейчас уже нет в силу того, что казачество составляет меньшинство (до 25% населения) даже на Кубани и Дону. Давно разрушены основы особых отношений кубанского казачества с Украиной, служившие в начале XX в. серьезным фактором в обосновании политики самостийности. Не представляет опасности и существующая центральная власть, с самого начала провозгласившая своими главными целями антикоммунизм и возврат к традиционным ценностям российской государственности.

Так что нет причин для воскрешения Тройственного союза казаков Дона, Кубани, Терека и горских народов (с 20-х годов, кстати, формально остающегося правопреемником тех казачьих автономий).

Объективная основа нынешнего стремления к некоторому обособлению - ситуация хаоса и неразберихи, возникшая в стране в конце 80-х - начале 90-х годов, угроза распада российского государства, полного исхода славянского населения с Северного Кавказа и других приграничных регионов.

Нынешний "казачий сепаратизм" - следствие пессимистических (а порой пораженческих) оценок перспектив российской политики, прежде всего на Юге России, неверия в способность населяющих ее народов сплотиться перед натиском антинациональных дезинтеграционистских сил. Естественным следствием таких оценок является предположение о возможности выживания казачества ценой отказа поддерживать Москву в условиях вероятного полного вытеснения федеральной власти с Северного Кавказа.

Именно такие представления стали причиной того, что в уже упоминавшихся первых законодательных актах, касающихся проблем казачества, оно получило определение "культурно-этнической общности".

Видимо, тогда представлялось, что это не только дает право требовать от федерального центра финансовой и материальной помощи, но и создает условия для своеобразного компромисса с северокавказскими народами, "так же, как и казаки", пострадавшими от репрессий и требующими свою часть земли и материальных ресурсов.

Однако последствия принятия этих законодательных актов были существенно иными, чем ожидались. И суть возникающих проблем оказалась не только в экономическом кризисе и обусловленной им скудости государственного бюджета. Реальная практика взаимоотношений с набирающими силу национально ориентированными режимами и радикальными антироссийскими общественными движениями северокавказских республик показала всю тщетность надежд многих лидеров казачества на совместную с горцами "дружбу против Москвы". Всего один факт: в результате морального давления и откровенного насилия с 1991 по 1996 гг. число казаков - жителей Чечни сократилось в десять раз, Ингушетии - в восемь раз, Дагестана - в три раза. Серьезно осложнилась ситуация и в ряде других республик региона.

В то же время оказалось, что не удалось решить и проблему идеологического обоснования казачьего движения. Причем казаки стали требовать не каких-либо дополнительных льгот и компенсаций, но другого - "государевой службы", т. е. своеобразного права на обязанность. Это сразу сделало принципиально несовместимыми позиции казачества и горских общественно-политических движений, ориентированных исключительно на обеспечение дополнительных прав, свобод, а также материальных ресурсов.

Крахом практических попыток реализовать соглашение с горцами стало заключение в 1994 г. сепаратного "договора" между Всевеликим войском Донским и Чеченской Республикой, сразу осужденного всеми остальными казачьими организациями страны.

Чем дальше, тем в большей изоляции стали оказываться и идеологи казачьего сепаратизма, в конце концов вынужденные примкнуть к откровенно консервативным силам, оппозиционным реформаторской Москве. За пределами влияния создателей этой идеологии остались казачьи организации Урала, Сибири и Дальнего Востока, а также Волжское казачье войско.

По сей день остается фактом, что если человек общается с казаками на сходе или круге и говорит, что казаки не народ, - он может не продолжать своей речи, так как все пусть трижды разумное им сказанное будет "нелюбо". П. Краснов справедливо отмечал самое опасное последствие "народоправства" - желание отделиться от России путем образования автономной или даже федеративной территории (Тройственный союз казаков Дона, Кубани, Терека и горских народов существовал во время гражданской войны). В наши дни, пожалуй, лишь в представленном на регистрацию уставе Всекубанского казачьего войска есть намек на некую этническую самобытность - войско дословно названо "добровольным этническим обществом".

Стоит обратить внимание, как "верный друг казачества" Ш. Басаев развил эту тему в одном из своих телеинтервью - да, казакам надо дать оружие, так как они больше чеченцев натерпелись от Москвы и казаков роднит с ними стремление к независимости.

Наша история знает много печальных примеров, когда раздробленность страны приводила к легкой победе врагов. Из истории казачества достаточно вспомнить 1918-1922 гг., когда каждое войско Юга России пыталось спастись в рамках некой казачьей автономии и каждое в отдельности было бито большевиками.

С тех пор друзей у России не прибавилось, не изменились и цели врагов - разделить на части, подсказать каждой части ее сугубые интересы и столкнуть их. Вспомним еще раз предостережения Александра III - "У России нет друзей, нашей огромности боятся".

Можно и нужно вырабатывать нормативную базу особого статуса войсковых казачьих обществ, права на землю, восстановления казачьего самоуправления и т. д., но только, как написал в своем обращении к участникам расширенного Совета атаманов России 9 января 1997 г. патриарх Московский и Всея Руси Алексий II, в сплочении "вокруг властей и воинства Государства Российского".

Смутные теории и демагогия - вот еще одна ахиллесова пята людей, причисляющих себя к казачеству и упорно не желающих брать хоть какие-то обязанности перед государством и нести ответственность за их исполнение. Демагогия "казакующих" не только оттолкнула от работы по возрождению казачества много серьезных и порядочных людей, но и создало в массовом сознании образ "ряженого" в генеральских погонах с нагайкой за голенищем.

Чтобы не ходить далеко за примерами, можно обратиться к встрече 31 декабря 1996 г. атаманов и казаков Центра и Юга России (непонятно, почему и Юга, так как на встрече присутствовал лишь атаман общественного объединения "Всевеликое войско Донское" - ВВД Н.Козицын, а это не весь Юг и далеко не весь Дон). Откуда их оппозиция к власти? Н.Козицын с самого начала своей деятельности в качестве атамана хотел только прав: права на компенсацию для казаков Дона в лице ВВД как репрессированного народа; права распоряжаться бюджетными средствами Ростовской области, ежегодно выделяемыми главой администрации В. Чубом казачьим сельскохозяйственным общинам; наконец, права быть наказным атаманом, минуя процедуру, установленную президентскими указами. Известно, что во время визита Б. Ельцина на Дон летом 1996 г. ему прямо на площади в Новочеркасске была изложена просьба Совета атаманов войска назначить Н.Козицына атаманом войска. Президент поручил (через Главное управление казачьих войск) провести соответствующую процедуру, включающую прежде всего работу по переводу общественной организации ВВД в статус государственной. Но это уже обязанность, серьезная работа, и поэтому атаман Н.Козицын против: "Я не приемлю реестр... это уже было: опричнина, перепись" 6.

Теперь Н.Козицын зарегистрировал казачью партию - появится "казак-партиец", что звучит анекдотично. Сама идея не оригинальна, так как такая партия уже создавалась на Петроградском общеказачьем съезде 23-29 марта 1917 г. Вместе с другими политизированными структурами - Союзом казачьих войск и Центральным советом трудового казачества - она закончила свое существование печально. С учетом этого исторического опыта П.Краснов особо подчеркивал черты казачества, которые будут востребованы государством: "...ибо государство будет не менее прежнего нуждаться в надежной... силе, верных, государственно мыслящих, не поддающихся пропаганде людях" (7). Исторически казаки до большевистского переворота не состояли ни в каких партиях. Исходя из исторических традиций, на которых согласно указу президента от 16 апреля 1996 г. #562 (8) должна в том числе строиться единая государственная политика возрождения и развития российского казачества, в последующем указе от 16 апреля 1996 г. #563 (9) закреплено положение о том, что государственная и иная служба казачества не преследует никаких политических целей. Это, конечно, не препятствует реализации казаками как гражданами страны своих политических убеждений в определенных Конституцией формах.
Григорий Мелехов
Григорий Мелехов
Администратор

Сообщения : 5641
Репутация : 1
Дата регистрации : 2013-01-06

http://kazaki-belogorja.forumgrad.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Сергей Донцов "Казачество в постсоветской России. Власть и казаки" Empty Re: Сергей Донцов "Казачество в постсоветской России. Власть и казаки"

Сообщение  Григорий Мелехов Сб Янв 19, 2013 6:20 pm

Перспективы


В России, где традиционны два вопроса - кто виноват? и что делать? - если что-то не получается, ищут виноватого и, как правило, виноватым кого-нибудь назначают. Ряд атаманов общественных объединений назначают "виноватой" всю нынешнюю власть в целом, некоторые выделяют исполнительную. Действительно, у власти неоднозначное отношение к казачеству. Но зададимся вопросом: что нынешняя государственная власть всех уровней получила от казаков, какие обязанности перед государством приняли на себя казаки и какие перед ними - власть?

Не будем учитывать так называемые моральные обязательства - счет будет явно не в пользу казачества. Возьмем только одно из них: большинство казачьих объединений обещало президенту России поддержку на выборах летом 1996 г. Президент в процессе избирательной кампании трижды встречался с казачьими войсками (Волжским, Донским, Кубанским). И не просто встречался, а привозил с собой подписанные документы (например, о регистрации первого казачьего войска - Волжского) (10), о внесении в Госдуму законопроектов "О российском казачестве", "Об утверждении Типового договора о несении государственной и иной службы членами казачьих обществ" (11) и т. д. Несомненно, здесь был некоторый риск: президент подчеркивал перед избирателями свое особое отношение к казачеству. И это при том, что не все граждане России позитивно настроены к казачеству, тем более в его современном состоянии (в том числе и с подачи прессы). По оценкам аналитиков "особое отношение" президента к казачеству стоило ему значительного числа голосов, причем и сами казаки в ряде мест отдали предпочтение А. Лебедю, а кое-где и Г. Зюганову.

О юридических обязанностях казаков по несению государственной и иной службы можно говорить в основном как о процессе принятия их во внесенные в реестр войсковые казачьи общества (12). Заключение типовых договоров о несении государственной и иной службы (согласно указу президента от 13 июня 1996 г. #882) пока не везде идет гладко.

В регионах Юга России главы администраций ежегодно выделяют казачьим сельскохозяйственным организациям от 0,5 до 1,5 млрд руб. Прибыли краям и областям эти вложения, как правило, не дают (администрация Ростовской области в 1996 г. списала в "убыток" около 300 млн руб.). Причина неприбыльного казачьего сельскохозяйственного производства не только в засухах (1996 г., Ростовская область), но и в отсутствии техники, удобрений, наконец, банковских кредитов и налаженной системы сбыта продукции (что в ближайшей перспективе исправимо, так как производство, поставка и закупка сельхозпродукции, сырья и продовольствия для федеральных и региональных нужд - один из видов государственной службы казачества, под которую можно получить земельные участки из целевого земельного фонда). Здесь широкое поле деятельности для проявления здоровой инициативы войсковых казачьих обществ, которые вправе и вполне способны возродить систему казачьих торговых домов и банков. На местном уровне казачество финансируется минимально из скудных ресурсов областей и городов.
Очевидно, уместно отметить, что даже при активности войсковых казачьих обществ невыполнение обязанностей их членами будет обусловлено отсутствием материальной поддержки на федеральном уровне в рамках "Федеральной программы государственной поддержки казачества", разрабатываемой ГУКВ.

Поиск виноватых в неудовлетворительном использовании потенциала казачества будет неполным, если не назвать стандартное обвинение Главного управления казачьих войск в "расколе казачьих рядов", звучащее порой из уст как некоторых глав администраций краев и областей, так и "казакующих" атаманов. Камень преткновения - реестр казачьих обществ. Некоторые противники реестра выдвигают "работающий" в казацкой аудитории аргумент, что это современное изобретение властей. Но практически реестр казачьих войск существовал с XVI в. до 1917 г. (его узаконил Б. Хмельницкий на Переяславской генеральной Раде). В отличие от реестра, составлявшегося Б. Хмельницким, которому государством (сначала Польшей, а затем Россией) был определен предел 30 тыс. человек, затем 40 тыс. (остальные считались "охочимии" казаками, т. е. относящими себя к казакам, но без узаконенных обязанностей, прав и льгот), современное законодательство установило, что максимального предела нет, но есть минимальный: 10 тыс. человек - войско, 2 тыс. - отдел (округ), 200 - станица (город), 50 - хутор. Разница лишь в том, что при Б. Хмельницком не было отбоя от желающих служить, а за это иметь льготы, что порождало настоящие войны между реестровыми и "охочими" (безработными) казаками, за право быть на службе у государства. В наше же время атаманы хуторов, станиц, войск с трудом вытягивают необходимый минимум. Глубинные причины этого явления достойны самостоятельного социологического исследования, на поверхности же просматривается следующее: другие социальные условия, другие казаки. Много десятилетий делался акцент на права граждан СССР (как правило, не обеспеченные соответствующими обязанностями со стороны государства), что вместе с уравниловкой убивало инициативу массы талантливых людей, порождало устойчивые настроения иждивенчества. Не прошли даром 80 лет "расказачивания", целенаправленной "люмпенизации" казачьих территорий. Секретное циркулярное письмо ЦК РКП(б) "О отношении к казакам" от 24 января 1919 г. требовало кроме полного разоружения и расстрелов осуществить "в спешном порядке фактические меры по массовому переселению бедноты на казачьи земли" (13). В результате сегодня значительная часть казаков не готова к безусловному принятию традиционных обязательств по несению службы. Но в то же время вхождение в реестр части какой-либо общественной организации - это не раскол казачества, а объединение той части казаков, которые хотят и способны нести государственную и иную службу, а также и объединение другой части, желающей по правам и обязанностям не отличаться от иной массы граждан. Выбор остается за человеком. Путь в реестр и из реестра - дорога с двусторонним движением (это же относится к общественным организациям). Возмущаются же больше всех "закоренелые общественники". Активное отпугивание казаков от принятия обязательств приобретает самые гипертрофированные формы. Так, тезис о том, что реестровые списки попадут в ФСБ, а затем в воссозданное "красными" КГБ, был популярен в преддверии и во время президентских выборов. Совершенно очевидно, что особой работы спецслужб по "выявлению" казаков не требуется, так как в любом хуторе, станице или малом городе любому известно, где живут и работают казаки. Сейчас этим казаков уже не отпугнешь, но противники реестра упорствуют: недостаточно гарантий, недостаточно льгот, а главный аргумент все тот же - "раскол" единых рядов казачьих общественных объединений. Более "тонкие" критики реестра выделяют якобы существующее противоречие в статусе казака, отделяющее "реестрового" от "нереестрового" уже не только внутри первичного казачьего звена - хутора (станицы, города), но и даже в его собственной семье. Утверждается: служишь - казак, не служишь - не казак.

В действительности это не так. Согласно "Временному положению о государственном реестре казачьих обществ в Российской Федерации", утвержденному указом президента от 9 августа 1995 г. #835, первичные объединения граждан Российской Федерации, относящих себя к прямым потомкам казаков или добровольно вступившие в казачьи общества (т. е. в "реестровые" - хутор, станица, город, а не общественные организации), включают в себя и лиц, непосредственно выразивших желание нести государственную службу, и членов их семей (14). По смыслу этого и последующих указов обязанности и права (в том числе право на льготы) имеют все члены хуторской организации вплоть до войска.

Конечно же, упомянутое положение временное, и требуются закрепление и конкретизация статуса казачьей общины, отдела, округа, войска и самого "казака" в федеральном законе. Соответствующая попытка была сделана в президентском проекте закона "О российском казачестве".
На сегодняшний день для создания достаточной нормативной базы сделано многое: с 1992 г. действуют указы, распоряжения президента, постановления Правительства, приказы и директивы Минобороны, МВД, директора ФСП России, а также приказы по другим министерствам и ведомствам по 11 видам госслужбы. Причем три указа президента от 12 декабря 1997 г. #95, 96 и 97 об утверждении уставов Терского, Сибирского и Забайкальского войсковых казачьих обществ подписаны в обстановке разноголосой, но целенаправленной антиказачьей компании в ряде средств массовой информации и даже Совете федерации (в заявлении Совета федерации "О ситуации на Северном Кавказе" от 24 января 1997 г. отмечалось, что "легализация казачьего войска может развязать новую войну" (15). Подлили масла в огонь и непродуманные, необоснованные требования горячих голов среди казаков немедленно ввести войска в Наурский и Шелковский районы Чечни, решить вопрос о вооружении казачества и т. п.

Необходима, как минимум, объективность в оценках. Поэтому когда в Парламентском центре на встрече с руководством КПРФ 31 января 1997 г. "казакующие" и маргиналы утверждали, что Б. Ельцин не выполнил предвыборных обещаний, данных казакам, становится ясно - это не объективная оценка происходящего, а политический заказ.

Отношение власти к казачеству не укладывается в рамки нелепых газетных утверждений о том, что Кремль создает собственную "национальную гвардию", а Б.Березовский обеспечивает подход к чеченской нефти (кто из нормальных людей сейчас хочет добывать нефть в Чечне?). Это часть государственной политики в отношении казачества, которая должна быть предложена на утверждение президенту Главным управлением казачьих войск в 1998 г.

Сегодня уже очевидно, что и казаки нужны России, и России без казаков не обойтись. Но при этом казаки должны прочувствовать свои обязательства перед страной и готовность служить.

Пока обязательства в основном только декларируются казаками, хотя объективные условия для изменения ситуации есть. Сколько бы ни успокаивали газеты и телевидение, что после выборов президента Чечни угроза террористических и прочих акций со стороны бандформирований уменьшится или вообще исчезнет, реальность свидетельствует о другом. Предпринимаются попытки взорвать обстановку и в соседних республиках (события в Дагестане). Количество беженцев из Чечни (только за 1996 г. и только учтенных территориальными органами миграционной службы) составило 429 тыс. человек. Вытеснение русских, в том числе казаков, из Наурского и Шелковского районов приобрело массовый характер именно после подписания Хасавюртовского протокола (140 тыс. человек заявили в территориальные органы миграционной службы о своем нежелании возвращаться в Чечню).

Убивают русских, чеченцев, выступивших против незаконных вооруженных формирований, множится число похищенных людей. Угон скота в Чечню стал обычным явлением (только с территории Ростовской области в 1996 г. угнано до 9 тыс. голов крупного рогатого скота и до 500 тыс. овец). Известно изречение Суворова, что война не окончена, пока не похоронен последний солдат. Очевидно, она тем более не окончена, пока не освобожден последний пленный солдат. Руководство Российской Федерации, отдавая отчет в реальном положении дел, приняло ряд решений, направленных на защиту законных прав и интересов граждан России на остальной ее территории, и прежде всего прилегающей к Чеченской Республике.

Государственная дума 4 декабря 1996 г. обратилась к президенту с предложением "...принять дополнительные меры по обеспечению государственной безопасности, прав и свобод граждан, по охране собственности и общественного порядка в Северо-Кавказском регионе Российской Федерации... по усилению Государственной границы Российской Федерации на ее южных рубежах". Президент дал соответствующие поручения по обеспечению охраны административной границы с Чечней правительству и силовым министерствам.
Эта работа должна завершиться соответствующим постановлением правительства и, вероятно, принятием федерального закона об участии населения России в обеспечении правопорядка. Однако охрана административной границы в соответствии с законодательством может осуществляться лишь силами МВД России. Этого может оказаться недостаточно. Перспективной представляется подготовка федерального закона об охране приграничной территории, что позволило бы привлечь силы ФПС и казачества, наделенного указами президента приоритетным правом участия в этой деятельности в рамках невойсковых формирований.

Почти в каждой телепередаче или публикации о казачестве конца 1996 - середины 1998 г. обсуждался вопрос о вооружении казачества, поставленный рядом решений Совета атаманов Юга России. Если оговориться, что никто серьезно не собирался раздавать оружие прямо "из телеги" по станицам и хуторам с целью хранения автомата казаком под подушкой, то заслуживающих внимание возражений против этого, пожалуй, два.

Первое: в ответ на вооружение казаков "...каждый из северокавказских народов тоже захочет иметь свою армию" (16). Заметим, что Чечня ее уже имеет. Это возражение идет от незнания законодательства, так как согласно указам президента казачество не может создавать самостоятельные вооруженные формирования. Казаки служат и будут служить только в частях российской армии, ФПС и внутренних войск.
Второе - больше требование, чем возражение оппонента: "...решительно пресекать любые попытки... поднять вопрос о возможности вооружения каких бы то ни было групп гражданского населения" (заявление Совета федерации "О ситуации на Северном Кавказе от 24 января 1997 г.). Но это требование не имеет отношения к казачеству в силу сказанного выше, а что касается вооруженной группы населения, то сейчас против 70 тыс. вооруженных чеченцев лежат 700 км Сальской степи и практически открытая дорога вглубь Ставрополья, где до ближайшей бригады (205-й в Буденновске или 101-й в Ставрополе) сотни километров.

Также важно учесть, что в 80-е годы изменение геополитического положения и общий социально-экономический кризис в стране привели к кризису вооруженных сил, основные черты которого - недостаточное финансирование военных программ и слабая мобилизационная активность населения. Отечественный и зарубежный опыт подсказывают один из выходов: создать параллельно с кадровой системой организации профессиональных (хорошо оснащенных и небольших по численности) Вооруженных сил территориальный добровольческий резерв (резерв первой очереди). Это позволило бы обеспечить пополнение регулярных воинских частей в случае начала боевых действий, охрану государственной границы и стратегически важных объектов, выполнение задач в условиях чрезвычайного положения, поддержание общественного порядка, устранение последствий стихийных бедствий и т. д. Следует отметить, что в современных системах вооруженных сил многих стран мира подобные службы получили широкое распространение.

Казачество через систему невойсковой охраны границы и приграничной территории, призыва на переподготовку из запаса нарабатывает определенную практику, в том числе и боевую (батальон им. А. П. Ермолова). При этом следует отмести клеветнические утверждения о том, что "казачья добровольная бригада разбежалась..." (17). Это оскорбление памяти десятков убитых казаков батальона.
Одной из опор центральной власти всегда являлось казачество, к которому и обратилась изначально государственнически настроенная общественность.

А пока у казаков есть исторический шанс восстановить многовековую практику охраны рубежей России. Для этого нужна их твердая воля и поддержка государства, желающего сделать казачество "верной охраной его национальных границ, образцом честной службы и оплотом гражданского порядка внутри России" (18)
Григорий Мелехов
Григорий Мелехов
Администратор

Сообщения : 5641
Репутация : 1
Дата регистрации : 2013-01-06

http://kazaki-belogorja.forumgrad.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Сергей Донцов "Казачество в постсоветской России. Власть и казаки" Empty Re: Сергей Донцов "Казачество в постсоветской России. Власть и казаки"

Сообщение  Григорий Мелехов Сб Янв 19, 2013 6:21 pm

Примечания

1. Закон Российской Советской Федеративной Социалистической Республики "О реабилитации репрессированных народов" в редакции Закона Российской Федерации от 1 июля 1993 г. #5303-1 // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. - 1991. - #18. - Ст. 572.; Ведомости ВС РСФСР. - 1991. - .1107-1; Постановление Верховного совета Российской Федерации "О порядке введения в действие Закона РСФСР "О реабилитации репрессированных народов"" // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. - 1991. - #18. - Ст. 573; Указ президента Российской Федерации "О мерах по реализации Закона Российской Федерации "О реабилитации репрессированных народов" в отношении казачества" // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. - 1992. - #25. - Ст. 1429.
2. Указ президента Российской Федерации "О Совете по делам казачества при Президенте Российской Федерации" // Рос. газ. - 1994. - 5 июля; Собрание законодательства Российской Федерации. - #10. - Ст. 1118; Указ президента Российской Федерации "О Главном управлении казачьих войск при Президенте Российской Федерации" // Собрaние заканодательства российской Федерации. - 1996. - #4. - Ст. 266.
3. См. приложение 2.
4. Ответ президента Российской Федерации председателю Государственной думы Российской Федерации Г. Н. Селезневу от 8 июля 1996 г. #Пр-1554.
5. Директива Директора Федеральной пограничной службы Российской Федерации об использовании российского казачевства в охране Государственной границы Российской Федерации от 26 декабря 1994 г. Д-132; Директива директора Федеральной пограничной службы Российской Федерации о первоочередных мерах по проведению эксперимента с привлечением граждан Российской Федерации к участию на добровольных началах в охране отдельных участков госграницы на территории ЗабПО и российско-казахстанском участке от 10 июля 1996г. Д-75 // Информ. бюл. ГУКВ. Казаки на службе России. - 1997. - #2. - С. 90-92.
6. Комсом. правда на Дону. Приложение к "Комсом. правде" [Ростов/Д]. - 1997. - 31 янв.
7. Краснов П. Н. Казачество // Перезвоны [Рига]. - 1928. - #41.
8. Указ президента Российской Федерации "Вопросы Главного управления казачьих войск при Президенте Российской Федерации" // Рос. газ. - 1996. - 24 апр.; Собрание законодательства Российской Федерации. - 1996. - #17. - Ст. 1953.
9. Указ президента Российской Федерации "О порядке привлечения членов казачьих обществ к государственной и иной службе"; Положение о привлечении членов казачьих обществ к государственной и иной службе // Рос. газ. - 1996. - 24 апр.; Собрание законодательства Российской Федерации. - 1996. - #17. - Ст. 1954.
10. Распоряжение президента Российской Федерации "Об утверждении Устава Волжского войскового казачьего общества" // Собрание законодательства Российской Федерации. - 1996. - #26. - Ст. 3114.
11. Указ президента Российской Федерации от 13 июня 1996 г. #882 "Об утверждении Типового договора о несении государственной и иной службы членами казачьих обществ"; Типовой договор о несении государственной и иной службы членами казачьих обществ // Рос. газ. - 1996. - 1 июля; Собрание законодательства Российской Федерации. - 1996. - #25. - Ст. 3003.
12. О казачьих обществах, внесенных в государственный реестр (на 1 июля 1998 г.), см. приложение 3.
13. Циркулярное письмо ЦК "Об отношении к казакам" [такое название значилось в повестке дня заседания Оргбюро УК РКП(б) от 24 января 1919 г.] // Изв. ЦК КПСС. - 1989. - #6 (293). - С. 177-178.
14. Указ президента Российской Федерации от 9 августа 1995 г. #835 "О государственном реестре казачьих обществ в Российской Федерации"; Временное положение о государственном реестре казачьих обществ в Российской Федерации // Рос. газ. - 1995. - 15 авг.; Собрание законодательства Российской Федерации. - 1995. - #33. - Ст. 3359.
15. Независимая газ. - 1997. - 12 февр.
16. См. Там же. С. 3.
17. См., например: Сегодня. - 1997. - 7 марта.
18. Краснов П. Н. Указ. соч.

Источник.
Григорий Мелехов
Григорий Мелехов
Администратор

Сообщения : 5641
Репутация : 1
Дата регистрации : 2013-01-06

http://kazaki-belogorja.forumgrad.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Вернуться к началу

- Похожие темы
» Сергей Меликов: «Нам нужно единое и сильное казачество»
» Сергей Боженов: «Казачество в Волгоградской области стоит на страже безопасности жителей»
» Приглашение к участию в работе IV Международной научно-практической конференции «Церковь и казачество: соработничество на благо Отечества» по направлению «Церковь и казачество: пути воцерковления и сотрудничества в России и за рубежом»
» Казаки и власть
» Представители театра танца «Казаки России» стали лауреатами премии Правительства России

 
Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения